Журавлиные — семейство крупных длинноногих птиц, всего пятнадцать видов: от небольшой красавки до высокого индийского журавля. Встречаются они на пяти континентах — в дикой природе их нет только в Южной Америке и Антарктиде.

От цапли журавля проще всего отличить в полёте: журавль вытягивает шею вперёд, а ноги оставляет далеко позади хвоста. Цапля в воздухе шею складывает, притягивая голову к плечам. А вот аисты тоже летят с вытянутой шеей — одного этого признака, чтобы отличить журавля от аиста, не хватит.

Ещё одна примета видна вблизи. У многих журавлей на голове есть участок голой красной кожи — «шапочка» или «маска». Искать птицу стоит на болотах, влажных лугах, в степях и на полях: где именно — зависит от вида и времени года.

Cranes are a family of large, long-legged birds — fifteen species in all, from the small demoiselle to the tall sarus crane. They occur on five continents; in the wild they are absent only from South America and Antarctica.

A crane is easiest to tell from a heron in flight: a crane stretches its neck forward, leaving its legs far behind the tail. A heron folds its neck in the air, drawing its head towards its shoulders. Storks, however, also fly with the neck extended — that one sign alone will not separate a crane from a stork.

Another mark shows up close. Many cranes have a patch of bare red skin on the head, a "cap" or "mask". Look for the birds in marshes, wet meadows, grassland and farmland: exactly where depends on the species and the season.

Красавка весит всего несколько килограммов, но часть её популяций переваливает Гималаи по дороге из мест гнездования в Азии на зимовку в Индию. Это один из самых впечатляющих маршрутов, какие есть у журавлей.

Высокогорный перелёт идёт в холодном разреженном воздухе. Но этим путём летят не все красавки: маршрут зависит от того, где птицы гнездятся и где зимуют. Весной дорога ведёт их обратно.

A demoiselle weighs only a few kilograms, yet some of its populations cross the Himalayas between their Asian breeding grounds and wintering areas in India. It is one of the most remarkable routes any crane takes.

The mountain crossing happens in cold, thin air. But not every demoiselle flies that way: the route depends on where the birds breed and where they winter. In spring the road leads them back.

За летящей птицей остаётся след из воздушных вихрей. Сразу за крылом воздух идёт вниз — лететь там тяжело. Зато с боков от следа он поднимается вверх, и тот, кто летит позади и чуть сбоку, может на этот восходящий поток опереться.

Так и складывается знакомый клин. Подробно это измерили не на журавлях, а на лесных ибисах: птицы с датчиками выбирали положение относительно соседа и согласовывали взмахи крыльев. Опыт объясняет, в чём польза строя, но общего числа не даёт — приписывать журавлям определённый процент экономии на его основании нельзя.

Живой клин не похож на чертёж: расстояния между птицами и их места в стае всё время меняются.

A flying bird leaves a wake of swirling air. Right behind the wing the air sinks — hard flying there. To the sides of the wake it rises instead, and a bird flying behind and slightly to one side can lean on that rising current.

That is how the familiar V comes about. The detailed measurements were made not on cranes but on northern bald ibises: birds carrying sensors chose their position relative to a neighbour and coordinated their wingbeats. The experiment explains why a formation helps, but it yields no universal figure, and a specific percentage cannot be credited to cranes on that basis.

A living formation looks nothing like a diagram: the distances between birds and their places in the flock keep shifting.

Журавлей обычно слышно раньше, чем видно: крик разносится далеко и помогает птицам держать связь. У многих видов трахея удлинена и укладывается петлями в грудине — устройство голосового тракта и определяет, как звучит птица.

У пары есть особый совместный крик — согласованный дуэт. Он держит связь между партнёрами и объявляет соседям, что участок занят. Рисунок дуэта у разных видов свой: кто начинает и сколько раз отзывается, зависит от вида.

Cranes are usually heard before they are seen: the call carries far and helps the birds keep in touch. In many species the windpipe is elongated and coils inside the breastbone — the shape of the vocal tract is what gives the bird its sound.

A pair has a call of its own, a coordinated duet. It keeps the bond between the partners and tells the neighbours the ground is taken. The pattern differs between species: who starts, and how many times each answers, depends on the species.

Прыжок, поклон, расправленные крылья — журавлиный танец ни с чем не спутать. Птицы подбрасывают клювом пучки травы и мелкие предметы. Танцуют не только сложившиеся пары: то же поведение бывает и у молодых птиц.

Танец связан с ухаживанием и с поддержанием связи между партнёрами, но встречается и вне брачного сезона. Совместный крик для пары важен не меньше, однако крик и танец — разные вещи.

A leap, a bow, wings thrown open — a crane dance is unmistakable. The birds toss up tufts of grass and small objects with their bills. It is not only established pairs that dance: young birds do the same.

Dancing has a part in courtship and in keeping the bond between partners, but it also happens outside the breeding season. The unison call matters to a pair just as much, yet calling and dancing are separate things.